Венконс - Юридическая консультация и услуги юриста Венконс - Исковые заявления в суд, услуги юриста Юридическая компания Венконс - Контакты

Главная

Юридические услуги

Цены на услуги

Оплата

Юридическая консультация

Исковое заявление

Статьи

Законы

Справочник

Блог

О компании

Контакты

УТРАТА ТОВАРНОЙ СТОИМОСТИ В СИСТЕМЕ ОСАГО: ТЕОРИЯ ВОПРОСА

"Юридическая и правовая работа в страховании", 2007, N 3


Возмещение утраты товарной стоимости относится к числу самых спорных вопросов, существующих в правоприменительной практике в сфере ОСАГО. Долгое время страховые организации отказывали в выплате в этой части, указывая на то, что законодательные и нормативные акты, регулирующие соответствующие правоотношения, не предусматривают такой обязанности страховщика. До последнего времени достаточно непоследовательна была и судебная практика, но сейчас высшие судебные инстанции пришли к выводу о том, что утрата товарной стоимости представляет собой реальный ущерб и страховщики обязаны ее возмещать.


Российский союз автостраховщиков включил вопрос об утрате товарной стоимости (далее - УТС) в план своих первоочередных задач. Это обусловлено тем, что суды после того, как определились позиции Президиумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ в этом вопросе, стали последовательно взыскивать со страховщиков величину УТС, что, по оценкам экспертов, уже в ближайшее время приведет к заметному росту убыточности обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (ОСАГО).

Как известно, 24 июля 2007 г. Верховный Суд РФ по заявлению А. Андреева и Р. Ногаева о признании недействительным абз. 1 пп. "б" п. 63 Правил ОСАГО, которым определено, что при повреждении имущества потерпевшего возмещение по договору обязательного страхования выплачивается ему в размере восстановительных расходов, признал соответствующую норму недействительной, так как она противоречит федеральному законодательству. Если учесть, что многие суды и специалисты ссылались на данное положение в обоснование своего вывода о недопустимости взыскания со страховщика по договору обязательного страхования УТС, становится очевидно, что у страховщиков в настоящее время практически не остается шансов отстоять свою позицию. Означает ли это, что вопрос необходимо признать закрытым? Полагаем, что нет.

Конечно, сейчас страховщики вряд ли сумеют изменить сложившийся подход судебных органов, так как сколько-нибудь серьезных доводов в пользу недопустимости взыскания УТС пока нет. Но вполне возможно, что по мере развития теории данного вопроса могут, во-первых, появиться такие аргументы, а во-вторых, может измениться и позиция судов. Хорошо известны примеры, когда на относительно коротком отрезке времени позиция судов изменялась весьма существенно, вплоть до прямо противоположной.

Следует подчеркнуть, что категория УТС пока не была предметом глубокого цивилистического исследования, и суды указывают на то, что она относится к реальному ущербу, основываясь исключительно на положениях методических руководств по определению размера УТС и мнениях экспертов по оценке транспортных средств. Совершенно очевидно, что определять правовую природу УТС на основании мнения специалистов по оценке транспортных средств неправильно, поскольку это предмет теории гражданского права. Неверно, по нашему мнению, руководствоваться при решении указанной проблемы и одними только социально-политическими соображениями. Важно все-таки понять подлинную природу категории УТС.

Настоящая публикация представляет собой попытку хотя бы в некоторой степени восполнить этот пробел. Но она, по нашему мнению, должна стать началом серьезного исследования категории УТС.


Обобщение существующей судебной и иной правоприменительной

практики по возмещению УТС


Как указывалось выше, до недавнего времени судебная практика в вопросе о возмещении УТС страховщиками по полисам ОСАГО была противоречива. На наш взгляд, это свидетельствует о сложности проблемы и отсутствии простых решений.

Проанализируем имеющуюся практику судов по решению вопроса о взыскании УТС по договорам обязательного страхования. Это важно сделать для того, чтобы обобщить аргументы за и против взыскания УТС со страховщиков по полисам ОСАГО.

Одни суды признавали УТС упущенной выгодой, отказывали во взыскании УТС со страховых компаний и возлагали эту обязанность на причинителей вреда. Приведем в качестве примера несколько гражданских дел.


Пример 1. Потерпевший обратился в суд с иском к страховщику и причинителю вреда о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием (ДТП), в сумме 12 713,05 руб., мотивируя свои требования тем, что 31 августа 2003 г. второй ответчик совершил наезд на принадлежащий потерпевшему автомобиль ВАЗ - 21103, причинив в результате ДТП повреждение машине. Страховщик возместил ему причиненный ущерб, однако в части УТС выплата произведена не была. Согласно заключению инженера-эксперта размер утраты товарной стоимости составил 12 713,05 руб.

В судебном заседании инженер-эксперт, допрошенный в качестве специалиста, пояснил, что УТС - это потеря имущественной стоимости, эксплуатационных качеств автомобиля, но не восстановительные расходы, поскольку, оплатив УТС, нельзя привести автомобиль в первоначальное состояние. Это убытки владельца, которые он несет, продавая данный автомобиль. После любого, даже дорогостоящего, ремонта автомобиль будет продан дешевле. Разница в цене означает УТС. По своей сути это и есть упущенная выгода владельца автомобиля, чье право было нарушено.


Примечание. Некоторые инженеры-эксперты считают, что УТС - это потеря имущественной стоимости, ухудшение эксплуатационных качеств автомобиля, но не восстановительные расходы, поскольку, оплатив УТС, нельзя привести автомобиль в первоначальное состояние. По своей сути это упущенная выгода владельца автомобиля, чье право было нарушено.


Суд, сославшись на п. 60, пп. "б" п. 63 и п. 64 Правил ОСАГО, пришел к выводу, что этим актом не предусмотрено возмещение потерпевшему утраты товарной стоимости.

В решении суда также отмечено, что, поскольку ни Законом об ОСАГО, ни Правилами ОСАГО не предусмотрена оплата страховщиком потерпевшему УТС, так как она не относится к реальному ущербу и к расходам, после возмещения которых имущество будет приведено в состояние, в котором оно находилось до наступления страхового случая, ее должен возмещать причинитель вреда, и суд взыскал с него в пользу потерпевшего 12 713,05 руб. <1>.

--------------------------------

<1> Решение мирового судьи судебного участка N 8 г. Белово Кемеровской области Шпирнова Е.В. от 11 марта 2004 г. (См. также: Дедиков С.В. Обязательное страхование автогражданской ответственности: вопросы и ответы. Вып. 1. М., 2004. С. 108.)


Важно отметить мнение эксперта, который подчеркнул, что выплата потерпевшему размера УТС не приводит к восстановлению поврежденного имущества <2>.

--------------------------------

<2> Такое же решение мирового судьи приведено В. Сериковым. (См.: Сериков В. Утрата товарной стоимости автомобиля по договору ОСАГО // Хозяйство и право. 2004. N 9. С. 47.)


Пример 2. Дело было возбуждено по иску ООО "Холдинговая компания "Радикал-Авто" к ЗАО "Поволжский страховой альянс" и ООО "Авто-Комфорт" о взыскании ущерба в размере 24 629,16 руб., причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 30 мая 2005 г. Истец мотивировал требования ст. ст. 1064 и 1079 ГК РФ.

В судебном заседании представитель истца, обладающий соответствующими полномочиями, заявил частичный отказ от исковых требований в части взыскания 250 руб., а также заявил отказ от исковых требований к ООО "Авто-Комфорт". Отказ от иска в части был принят судом на основании ст. 49 АПК РФ с учетом положений ч. 5 данной статьи, производство по делу в этой части (о взыскании 250 руб. и в части иска к ООО "Авто-Комфорт") было прекращено. Суд привлек ООО "Авто-Комфорт" к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований.

Суд установил: 30 мая 2005 г. произошло столкновение транспортных средств с участием автомашины ГАЗ-322132, принадлежащей истцу, и автомашины ВАЗ-2106, принадлежащей владельцу-страхователю (третьему лицу). В результате столкновения автомашине ГАЗ-322132 был причинен материальный ущерб на сумму 18 903,93 руб.

Истец на основании ст. 13 Закона об ОСАГО обращается за возмещением ущерба, причиненного в ДТП, к страховой компании - страховщику гражданской ответственности владельца автомашины ВАЗ-2106. Согласно ч. 1 указанной статьи данного Закона потерпевший вправе предъявить требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу, непосредственно страховщику в пределах страховой суммы. Вина водителя третьего лица - страхователя гражданской ответственности в совершении данного ДТП подтверждается материалами дела документально (в том числе протоколом и постановлением ОГИБДД) в соответствии со ст. 65 АПК РФ, ответчиком не опровергнута.

В подтверждение суммы ущерба истцом представлены документы обязательного страхования гражданской ответственности, а также заключение независимой экспертизы. Кроме того, представитель ответчика, обладающий соответствующими полномочиями, под расписку в протоколе судебного заседания признал исковые требования в части взыскания восстановительного ремонта - 12 339,93 руб., расходов на экспертизу - 1800 руб. Согласно ч. 3 ст. 70 АПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. В связи с этим согласно ч. 5 данной статьи законность требования истца о взыскании 14 139,93 руб. не проверяется арбитражным судом в ходе дальнейшего производства по делу. Суд не принимает возражений ответчика в части исключения из стоимости ремонтных работ суммы 6564 руб., так как ответчик признает иск в этой части - следовательно, не оспаривает заключение независимой экспертизы, а от ходатайства о назначении экспертизы в рамках настоящего дела представитель ответчика отказался под расписку в протоколе судебного заседания.

Вместе с тем во взыскании возмещения за УТС автомобиля следует отказать, так как согласно положениям ст. 6 Закона об ОСАГО УТС автомобиля не является объектом обязательного страхования. Вред, причиненный в размере, превышающем размер застрахованной ответственности ответчика по настоящему делу, подлежит возмещению в общем порядке в соответствии с законодательством РФ. Требования истца при указанных обстоятельствах подлежат удовлетворению частично на основании ст. ст. 1064 и 1079 ГК РФ, ст. 13 Закона об ОСАГО в сумме 20 703,93 руб. В остальной части иска следует отказать <3>.

--------------------------------

<3> Извлечения из Решения Арбитражного суда Самарской области от 13 февраля 2006 г. по гражданскому делу N А55-29614/2005.


Отдельные суды прямо или косвенно признавали УТС реальным ущербом, но производили его взыскание с причинителя вреда. В качестве примера могут быть приведены следующие дела.


Пример 3. Вкратце суть дела такова. ООО обратилось в арбитражный суд с требованием к ЗАО о взыскании возмещения УТС, процентов в порядке ст. 395 ГК РФ и возмещении морального вреда.

Суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица страховую компанию, которая продала ответчику полис ОСАГО.

Решением суда первой инстанции иск в части взыскания возмещения УТС удовлетворен, а в остальной части исковых требований отказано. В апелляционной инстанции дело не рассматривалось.

Ответчик подал кассационную жалобу, в которой просил решение суда отменить, так как надлежащим ответчиком является не он, а страховая компания.

Кассационная коллегия оставила решение в силе. При этом суд указал, что в ДТП, выразившемся в столкновении автомашин, принадлежащих истцу и ответчику, виновным признан водитель ответчика. В силу ст. 1064 ГК РФ причинитель вреда должен возместить ущерб, причиненный другому лицу, если не докажет отсутствие своей вины, поскольку согласно п. п. 60, 63 и 64 Правил ОСАГО по полису обязательного страхования подлежит возмещению только реальный ущерб <4>.

--------------------------------

<4> Постановление Федерального арбитражного суда (ФАС) Северо-Западного округа от 21 декабря 2004 г. по делу N А13-8607/04-20.


Данное Постановление примечательно по следующим причинам. Во-первых, арбитражные суды даже не стали рассматривать вопрос о привлечении страховщика к участию в деле в качестве соответчика, хотя в п. 1 Обзора практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 28 ноября 2003 г. N 75) указывается, что, когда речь идет об обязательном страховании, суд привлекает страховщика к участию в деле в качестве ответчика.

Во-вторых, суды фактически отнесли УТС к разряду ущерба, но тем не менее не посчитали необходимым возложить именно на страховщика возмещение УТС. Другими словами, они фактически исключили УТС из состава страхового возмещения. Но тогда, если применить метод обратного логического рассуждения, получается, что суд на самом деле не признал УТС реальным ущербом, поскольку страховщик производит возмещение именно реального ущерба.


Пример 4. Отдел вневедомственной охраны обратился в арбитражный суд с иском к ООО о возмещении УТС автомобиля истца, поврежденного в ДТП. В деле в качестве третьего лица участвовала страховая компания, застраховавшая гражданскую ответственность ответчика.

Суд первой инстанции иск удовлетворил. Проверив дело по жалобе ответчика, суд кассационной инстанции оставил судебное решение в силе.

Как следует из материалов дела, страховщик выплатил потерпевшему страховое возмещение без учета УТС. В соответствии с п. 60 Правил ОСАГО при наличии вреда имуществу потерпевшего в пределах страховой суммы подлежат возмещению:

а) реальный ущерб;

б) иные расходы, произведенные потерпевшим в связи с причиненным вредом (эвакуация транспортного средства с места ДТП, хранение поврежденного транспортного средства, доставка пострадавшего в лечебное учреждение и т.д.).

Пункт 63 Правил ОСАГО указывает, как определяется размер страховой выплаты при повреждении имущества. Пункт 64 раскрывает состав восстановительных расходов. Содержание указанных норм позволяет прийти к выводу, что реальный ущерб, являющийся основанием для уплаты страховщиком страхового возмещения, ограничен размером восстановительных расходов. При таких обстоятельствах УТС обязан возместить причинитель вреда <5>.

--------------------------------

<5> Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 12 января 2006 г. по гражданскому делу N Ф04-9334/2005(18322-А03-4).


Примечание. Отдельные суды признавали УТС транспортного средства упущенной выгодой потерпевшего и, поскольку законодательные и иные нормативные акты, регулирующие ОСАГО, не обязывают страховщика возмещать такие убытки, отказывали во взыскании соответствующих сумм со страховых организаций.


Пример 5. ОАО обратилось в арбитражный суд с иском к предпринимателю Ч. о взыскании ущерба, вызванного утратой товарного вида автомашины, поврежденной в результате дорожно-транспортного происшествия.

Решением арбитражного суда первой инстанции иск был удовлетворен. В апелляционной инстанции дело не рассматривалось.

В кассационной жалобе предприниматель просил решение отменить и принять новый судебный акт об отказе ОАО в удовлетворении исковых требований.

Податель жалобы ссылался на следующее. Требования ОАО неправомерны, поскольку водитель ответчика не признан виновным в совершении ДТП, что подтверждается решением Петрозаводского городского суда от 9 апреля 2003 г.; нельзя согласиться с выводом суда о том, что потеря товарного вида автомобиля является реальными убытками истца, поскольку страховая компания при выплате истцу страхового возмещения не включила в размер возмещаемых убытков стоимость потери товарного вида транспортного средства; истцом не представлено каких-либо доказательств дополнительных расходов, которые он понесет в будущем в связи с утратой товарного вида автомобиля; вывод суда о том, что ответчик, добровольно удовлетворив регрессные требования страховой компании, тем самым признал свою вину в дорожно-транспортном происшествии, неправомерен.

Кассационная коллегия оставила решение суда первой инстанции в силе, а кассационную жалобу отклонила.

В Постановлении Федерального арбитражного суда говорится следующее. Как следует из материалов дела, 26 февраля 2002 г. на 632-м километре автодороги Санкт-Петербург - Мурманск у автомашины "Вольво", принадлежащей предпринимателю Ч., произошел отрыв колеса от средней оси автомашины. Оторвавшееся колесо выехало на полосу встречного движения и столкнулось с автомашиной ВАЗ-21213, принадлежащей истцу, в результате чего названное транспортное средство получило технические повреждения.

Согласно заключению консультационного автоэкспертного бюро "Автострада" от 28 февраля 2002 г. стоимость восстановительного ремонта автомашины ОАО составила 32 181,91 руб., утрата товарного вида в денежном выражении определена в сумме 8744,12 руб.

На основании договора страхования от 13 июня 2001 г. страховая компания, признав ДТП страховым случаем, выплатила ОАО страховое возмещение в размере расходов на восстановительный ремонт автомобиля.

Ссылаясь на то, что ОАО не возмещен ущерб в виде потери товарной стоимости автомашины, собственник поврежденного транспортного средства обратился в арбитражный суд с иском к причинителю вреда.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях ответственности, установленных правилами ст. 1064 названного Кодекса.

Судом установлено, что ДТП произошло по вине водителя ответчика Д.

Доводы подателя жалобы о том, что водитель ответчика не признан виновным в совершении ДТП, что подтверждается решением Петрозаводского городского суда от 9 апреля 2003 г., отменившим постановление по делу об административном правонарушении, кассационная инстанция считает несостоятельными. Данное решение суда не подтверждает отсутствие вины водителя ответчика в совершении ДТП, поскольку основанием для отмены постановления послужило то обстоятельство, что положения ст. 118 КоАП РСФСР, в соответствии с которыми водитель Д. привлечен к административной ответственности, утратили силу в связи со вступлением в действие с 1 июля 2002 г. КоАП РФ. При этом в решении суд указал, что в действиях водителя Д. усматривается нарушение п. 2.3.1 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которым водитель транспортного средства обязан перед выездом на линию и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства.

Ссылки предпринимателя на п. 2 ст. 1064 ГК РФ неправомерны, поскольку ответчик как лицо, причинившее вред, не доказал, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо обязано возместить вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Таким образом, суд, установив, что в данном правоотношении предприниматель Ч. является субъектом ответственности, на законных основаниях взыскал с него в пользу ОАО ущерб, причиненный имуществу истца виновными действиями работника предпринимателя.

Суд кассационной инстанции отклонил доводы подателя жалобы о том, что потеря товарного вида автомобиля не является реальными убытками истца, подлежащими возмещению <6>.

--------------------------------

<6> Постановление ФАС Северо-Западного округа от 30 марта 2004 г. по гражданскому делу N А26-6877/03-14.


Примечание. Некоторые суды признавали УТС разновидностью реального ущерба, но возлагали обязанность по ее возмещению непосредственно на причинителей вреда, поскольку Правила ОСАГО не называют этот вид убытков в числе подлежащих возмещению страховщиком.


Как правильно указал суд первой инстанции, требования ОАО соответствуют положениям ст. 15 ГК РФ, определяющим понятие убытков.

Полное и всестороннее исследование материалов дела позволило суду сделать вывод о том, что в данном случае снижение качества автомобиля вызвано его повреждением вследствие ДТП, и факт утраты товарного вида автомобиля необходимо рассматривать как нарушение гражданских прав владельца независимо от того, будет владелец продавать транспортное средство или нет.

Отдельные суды производили взыскание УТС со страховых компаний. Вот пример такого подхода.


Пример 6. Фабула дела такова. ООО обратилось в арбитражный суд с иском к страховщику о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора страхования.

Решением суда первой инстанции иск был удовлетворен. В апелляционной инстанции дело не рассматривалось. Судебное решение было проверено в кассационном порядке.

Кассационная коллегия оставила решение в силе, а жалобу ответчика - без удовлетворения.

В ходе судебного разбирательства было установлено следующее. 10 июля 2003 г. в результате ДТП с участием водителя истца и водителя Главного управления Минюста России по Воронежской области был поврежден автомобиль ООО.

Согласно экспертному заключению истцу были причинены убытки в размере стоимости восстановительного ремонта с учетом износа и УТС.

В соответствии с условиями договора ОСАГО гражданская ответственность истца как владельца транспортного средства была застрахована у ответчика и в случае причинения вреда имуществу одного потерпевшего подлежало выплате страховое возмещение в пределах 120 тыс. руб.

Объем возмещения убытков по общему правилу ст. 1064 ГК РФ должен быть полным.

Страховщик возместил потерпевшему часть убытка со ссылкой на невозможность возмещения УТС транспортного средства.

Суд первой инстанции, правомерно удовлетворяя исковые требования на основании положений ГК РФ и п. 60 Правил ОСАГО, пришел к верному выводу о том, что в случае причинения вреда имуществу потерпевшего следует возмещать в пределах страховой суммы реальный ущерб, в том числе вызванный УТС.

Кассационная судебная коллегия признала указанный вывод нижестоящего суда правильным в связи со следующим.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как видно из материалов дела, экспертного исследования и сметы стоимости восстановительного ремонта, утрата товарного вида (стоимости) представляет собой результат воздействия на механизмы и узлы автомашины, вызвавшего появление разнотонности окраски, нарушение целостности заводской сборки, когда такое воздействие, несмотря на восстановление функций автомобиля, реально снижает его качество, поскольку не только ухудшается внешний вид, но и снижается срок службы отдельных деталей и защитных покрытий. В рассматриваемом случае снижение качества автомобиля вызвано его повреждением вследствие ДТП, и, следовательно, факт утраты товарного вида (стоимости) автомобиля следует рассматривать как нарушение гражданских прав владельца. Поэтому утрату товарного вида следует считать, по мнению кассационной инстанции, реальными убытками <7>.

--------------------------------

<7> Постановление ФАС Центрального округа от 25 октября 2004 г. N А14-3440/2004/169/27.


Позиция высших судебных инстанций страны


Подход высшей инстанции судов общей юрисдикции к решению вопроса о взыскании УТС со страховщика по договору ОСАГО сформулирован в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 2005 г., утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 10 августа 2005 г., в ответе на вопрос N 18. Здесь указано следующее:

"Вопрос 18: К реальному ущербу или упущенной выгоде относится утрата товарной стоимости транспортного средства и подлежит ли она взысканию со страховой организации по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств?

Ответ: В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Утрата товарной стоимости представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида автомобиля и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

На основании этого мы можем сделать вывод, что УТС относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей автомобиля, поскольку уменьшение его потребительской стоимости нарушает права владельца транспортного средства. Данное нарушенное право может быть восстановлено путем выплаты денежной компенсации. Владелец вправе заявлять требования о взыскании такой компенсации, так как его права нарушены самим фактом дорожно-транспортного происшествия.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" Постановлением Правительства РФ от 7 мая 2003 г. N 263 были утверждены Правила обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Согласно подпункту "а" пункта 60 вышеназванных Правил при причинении вреда имуществу потерпевшего возмещению в пределах страховой суммы подлежит реальный ущерб.

Таким образом, поскольку УТС транспортного средства относится к реальному ущербу, она подлежит взысканию со страховой организации по договору ОСАГО в пределах страховой суммы, установленной Федеральным законом "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств". В случае если страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, разница между страховым возмещением и фактическим размером ущерба может быть взыскана в силу статей 1064 и 1072 ГК РФ с причинителя вреда" <8>.

--------------------------------

<8> Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2005. N 12. С. 18 - 19.


Примечание. В настоящее время суды возлагают обязанность по возмещению УТС на страховщиков по договорам ОСАГО, исходя из принципа полного возмещения убытков.


Примечание. Президиум Верховного Суда РФ указал, что УТС - это уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением его внешнего вида и эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие ДТП и последующего ремонта.


Определил свою позицию в этом вопросе и Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в своем Постановлении от 19 декабря 2006 г. N 9045/06.


Пример 7. Фабула дела такова. Федеральное государственное унитарное дочернее предприятие (далее - Предприятие) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к открытому страховому акционерному обществу "РЕСО-Гарантия" (далее - Страховое общество, Страховщик) о взыскании 120 тыс. руб. страховой выплаты по договору ОСАГО.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 14 ноября 2005 г. иск был удовлетворен.

Суд пришел к выводу, что лицо, причинившее вред, действовало по соглашению с собственником автомобиля, который несет риск гражданской ответственности в соответствии со ст. 1079 ГК РФ.

Суд признал, что допущение собственником к управлению автомобилем лица, не указанного в договоре страхования, является нарушением условий договора, но от страховой выплаты не освобождает, а предоставляет страховщику право решить вопрос о нарушении договора непосредственно с собственником.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27 января 2006 г. решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении иска отказано.

ФАС Московского округа Постановлением от 11 апреля 2006 г. оставил Постановление суда апелляционной инстанции без изменения.

Суды апелляционной и кассационной инстанций исходили из того, что договор страхования гражданской ответственности заключен на условии ограниченного использования транспортного средства названными в договоре водителями, в число которых лицо, виновное в ДТП, не входит, поэтому гражданская ответственность этого лица не застрахована и ДТП с его участием не является страховым случаем и не влечет обязанности по выплате страхового возмещения.

Признавая за собственником право на передачу управления автомобилем другому лицу, суды не признали обязанности страховщика по возмещению причиненного этим лицом вреда, поскольку персональные данные управлявшего автомобилем лица (водительский стаж, возраст) при определении страховой премии в момент заключения договора не учитывались.

Суды сочли неправомерным взыскание со Страхового общества суммы, составляющей утрату поврежденным автомобилем товарной стоимости, так как она не возмещается в рамках обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

В заявлении, поданном в Высший Арбитражный Суд РФ, о пересмотре в порядке надзора постановлений судов апелляционной и кассационной инстанций предприятие просит их отменить как нарушающие права и законные интересы неопределенного круга лиц (потерпевших), гарантированные Федеральным законом "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

В отзыве на заявление Страховое общество просит оставить названные судебные акты без изменения, ссылаясь на то, что истец не может быть признан потерпевшим в рамках договора обязательного страхования и требовать выплаты страхового возмещения, поскольку имущественный ущерб ему причинен лицом, риск ответственности которого не застрахован по договору обязательного страхования, и данное дорожно-транспортное происшествие страховым случаем не является.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, отзыве на него и выступлениях присутствующих в заседании представителей ответчика, Президиум считает, что оспариваемые постановления судов апелляционной и кассационной инстанций подлежат отмене с оставлением без изменения решения суда первой инстанции по следующим основаниям.

ДТП с участием автомобиля "Ниссан", принадлежащего Предприятию, и автомобиля "Скания", принадлежащего гражданину Ибрагимову А.К., произошло 8 мая 2005 г.

Виновным в нем органами ГИБДД признан водитель, управлявший автомобилем "Скания" и нарушивший правила дорожного движения, в результате чего произошел наезд на стоявший на обочине дороги автомобиль "Ниссан". За нарушение правил водитель привлечен к административной ответственности.

Согласно заказу-наряду от 23 июня 2005 г. N 106 Предприятие заплатило за восстановительный ремонт автомобиля "Ниссан" 93 650 руб.

Кроме того, автомобиль "Ниссан" вследствие повреждения утратил на 24 630 руб. товарную стоимость, что следует из заключения экспертизы от 29 июня 2005 г.

В силу обязательности страхования гражданская ответственность владельца автомобиля "Скания" Ибрагимова А.К. застрахована Страховым обществом на основании полиса на срок со 2 июля 2004 г. по 1 июля 2005 г. В полисе в качестве лица, допущенного к управлению автомобилем, указан гражданин Хямяляйнен А.П.

Так как договор обязательного страхования заключен на условии ограниченного использования транспортного средства только указанным в нем водителем, но в момент дорожно-транспортного происшествия им управляло не поименованное в договоре лицо, Страховое общество отказало предприятию в страховой выплате.

Суды апелляционной и кассационной инстанций признали отказ в страховой выплате обоснованным без достаточных оснований.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ обязанность возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается на собственника или законного владельца транспортного средства, если они не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы, умысла потерпевшего или выбытия транспортного средства из обладания в результате противоправных действий других лиц.

В данном деле отсутствуют перечисленные в названной норме случаи освобождения собственника автомобиля "Скания" от ответственности за вред, причиненный при использовании этого транспортного средства имуществу Предприятия (автомобилю "Ниссан", стоявшему на обочине дороги).

Учитывая, что гражданская ответственность собственника автомобиля "Скания" гражданина Ибрагимова А.К. застрахована в силу обязательности ее страхования, Предприятие вправе требовать возмещения вреда непосредственно от страховщика по обязательному страхованию в форме страховой выплаты (п. 4 ст. 931 ГК РФ).

Позиция судов апелляционной и кассационной инстанций, не признавших права Предприятия на страховую выплату, противоречит Закону об ОСАГО, его основной цели, состоящей в защите прав потерпевших на возмещение вреда.

В соответствии со ст. 16 этого Закона договор обязательного страхования может быть заключен на условии ограниченного использования транспортного средства. Ограничения возможны по кругу лиц, допущенных к управлению транспортным средством, и по сроку его использования.

Последствия несоблюдения страхователем установленного в договоре ограничения предусмотрены Законом и одновременно являются гарантиями прав страховщика: изменение размера страховой премии, соразмерное увеличению страхового риска (п. 3 ст. 16), реализация права на регрессное требование (ст. 14).

Пунктом 2 ст. 6 Закона об ОСАГО наступление гражданской ответственности за причинение вреда лицом, не названным в договоре обязательного страхования в качестве водителя и допущенного к управлению транспортным средством, из страховых рисков по обязательному страхованию не исключается.

Следовательно, причинение вреда лицом, не указанным в полисе обязательного страхования, отказа в страховой выплате не влечет, а лишь позволяет страховщику решать с лицом, допустившим отступление от установленного договором ограничения, вопрос о последствиях нарушения этого ограничения.

Решение суда первой инстанции в этой части является правильным.

Нельзя признать правомерным и вывод судов апелляционной и кассационной инстанций о невозмещении в рамках обязательного страхования ущерба потерпевшего лица из-за утраты его автомобилем товарной стоимости.

УТС представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением внешнего вида автомобиля и его эксплуатационных качеств вследствие ДТП и последующего ремонта, поэтому наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится к реальному ущербу и возмещается в денежном выражении.

В данном случае сумма утраты автомобилем "Ниссан" товарной стоимости находится в пределах страховой суммы, причитающейся к выплате Предприятию за причинение вреда в рамках обязательного страхования, и подлежит взысканию со Страховщика на основании пп. "а" п. 60 Правил ОСАГО, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 7 мая 2003 г. N 263.

Таким образом, решение суда первой инстанции и в отношении возмещения утраченной товарной стоимости автомобиля является правильным.

Отказ в удовлетворении иска о понуждении к страховой выплате нарушает права неопределенного круга потенциальных потерпевших в происшествиях с участием транспортного средства, ответственность за причинение вреда которым застрахована в обязательном порядке, поэтому оспариваемые постановления судов апелляционной и кассационной инстанций подлежат отмене.

Президиум ВАС РФ постановления апелляционного суда и суда кассационной инстанции отменил, а решение суда первой инстанции оставил без изменения <9>.

--------------------------------

<9> См. также: Плешанова О., Гришина Т. Юридическим лицам облегчили бремя ОСАГО // КоммерсантЪ. 20.12.2006. С. 13 - 14.


Рассмотрение существующих воззрений на УТС


Следует подчеркнуть, что специалисты занимают разные позиции по вопросу о правовой природе УТС.

Росстрахнадзор считает, что УТС не должна оплачиваться по полисам ОСАГО. В подтверждение приведем Письмо Росстрахнадзора <10>, посвященное данному вопросу.

--------------------------------

<10> Письмо Росстрахнадзора от 23 июня 2004 г. N 02-214-626-01/35.


"Федеральная служба страхового надзора сообщает.

В соответствии с пунктом 60 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 мая 2003 г. N 263 (далее - Правила), при причинении вреда имуществу потерпевшего возмещению в пределах страховой суммы подлежат:

а) реальный ущерб;

б) иные расходы, произведенные потерпевшим в связи с причиненным вредом (эвакуация транспортного средства с места дорожно-транспортного происшествия, хранение поврежденного транспортного средства, доставка пострадавших в лечебное учреждение и т.д.).

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ реальным ущербом являются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произнести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества.

Пунктом 63 Правил установлено, что размер страховой выплаты в случае причинения вреда имуществу потерпевшего определяется:

а) в случае полной гибели имущества потерпевшего - в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая. Под полной гибелью понимаются также случаи, когда стоимость восстановительного ремонта поврежденного имущества равна его доаварийной стоимости или превышает ее;

б) в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до наступления страхового случая (восстановительных расходов).

Возмещение утраты товарной стоимости Правилами не предусмотрено.

Кроме того, согласно пункту 2 Правил организации и проведения независимой технической экспертизы транспортного средства при решении вопроса о выплате страхового возмещения по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 24 апреля 2003 г. N 238, целью проведения независимой технической экспертизы транспортного средства является установление следующих обстоятельств, влияющих на выплату страхового возмещения по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства:

а) наличие и характер технических повреждений транспортного средства;

б) причины возникновения технических повреждений транспортного средства;

в) технология, объем и стоимость ремонта транспортного средства.

Таким образом, данная независимая техническая экспертиза не производит оценку утраты товарной стоимости транспортного средства.

Исходя из вышеизложенного, возмещение утраты товарной стоимости не входит в состав страховой выплаты, подлежащей возмещению в рамках обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Руководитель И.В. Ломакин-Румянцев".

Ряд авторов занимают такую же позицию.

Например, А. Коньшина, проанализировав различные точки зрения на природу УТС, высказанные в литературе, и отдельные нормативные акты, касающиеся порядка определения размера убытков по договорам ОСАГО, приходит к выводу, что УТС по своей сути "есть упущенная выгода собственника транспортного средства, чье право было нарушено". Дальше она поясняет: "Кроме как на продажную стоимость автомобиля, УТС ни на что не влияет" <11>.

--------------------------------

<11> Коньшина А. Проблемы компенсации утраты товарной стоимости при выплате страховых возмещений // Страховое ревю. 2006. N 6. С. 13.


В.Ю. Абрамов, проведя исследование положений Закона об ОСАГО и Правил ОСАГО, пришел к однозначному выводу о том, что "по методике расчета реального ущерба в стоимость восстановительных расходов, которые составляют страховую выплату по ОСАГО, не включены расходы по возмещению УТС" <12>. Раскрывая природу УТС, он пишет: "Как видим, признаки, характеризующие обоснованность возмещения УТС, определены не на основе экономически обоснованного расчета предстоящих расходов на ремонт транспортного средства, а на основе моральной стороны последствий ущерба по ОСАГО. В частности, ухудшение товарного (внешнего) вида автомобиля - это сугубо субъективный критерий, так как для одних лиц имеет значение ходовая часть автомобиля, его мощность, а не товарный (внешний) вид транспортного средства, для других - тюнинговое оснащение, наличие музыки, телевизора в салоне автомобиля, вид облицовки сидений, цвет транспортного средства, для третьих - год выпуска, место эксплуатации, цель эксплуатации и т.д. То есть все это дело вкуса и пожелания владельца транспортного средства, что является признаками моральной, если хотите, эстетической стороны дела, а не экономического механизма расчета расходов на ремонт (восстановление) поврежденного транспортного средства. Поэтому оценка всего изложенного под видом УТС и требования его компенсации противоречат основным принципам возмещения убытков и вреда в рамках ОСАГО" <13>.

--------------------------------

<12> Абрамов В.Ю. Еще раз об утрате товарной стоимости автомобиля // Страхование сегодня (www.insur-today.ru/comments/384/).

<13> Там же.


Примечание. Росстрахнадзор сделал заключение, согласно которому страховщик не должен возмещать УТС, поскольку Правила страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и нормативные акты о проведении независимой экспертизы в данной сфере не относят эти убытки к категории реального ущерба.


Другие авторы выступают с позиций признания УТС частью реального ущерба и необходимости ее взыскания со страховщиков по полисам обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Последовательным сторонником признания УТС разновидностью реального ущерба является Ю.Б. Фогельсон. Он, в частности, пишет: "...Упущенная выгода - это неполученные доходы, и при их определении учитываются предпринятые для их получения меры и сделанные приготовления (п. 4 ст. 393 ГК РФ). Однако товарная стоимость автомашины утрачивается независимо от того, предпринимают ли владельцы поврежденных автомашин какие-либо меры для их продажи" <14>. Далее он уточняет, что "утрату товарной стоимости следует относить к реальному ущербу, а именно к той его составляющей, которая обозначается, как "утрата или повреждение имущества" <15>.

--------------------------------

<14> Фогельсон Ю.Б. ОСАГО и защита прав потерпевших на возмещение вреда // Страховое право. 2005. N 1. С. 7. Похожая точка зрения, хотя и с определенными сомнениями, высказана также В.Ю. Абрамовым и Ю.Б. Фогельсоном (Абрамов В.Ю., Фогельсон Ю.Б. Комментарий судебной практики к Федеральному закону об ОСАГО. М., 2006. С. 105).

<15> Фогельсон Ю.Б. Указ. соч.


При этом Ю.Б. Фогельсон указывает, что ко второй составляющей реального ущерба - расходам, производимым для восстановления имущества, - УТС "очевидно не может относиться" <16>. Подводя итог сказанному, он делает следующий вывод: "Если исходить из того, что УТС является реальным ущербом, то Правила ОСАГО в той части, в которой они позволяют отказывать в возмещении страховщиком УТС, очевидно противоречат Закону об ОСАГО и не должны применяться" <17>.

--------------------------------

<16> Там же.

<17> Там же.


Схожую позицию занимает В. Сериков, который относит УТС к реальному ущербу. Он, в частности, подчеркивает: "...Как следует из методических рекомендаций, которыми пользуются оценщики при определении стоимости ущерба, причиненного повреждением автомобиля в результате дорожно-транспортного происшествия, под утратой товарной стоимости подразумевается величина снижения стоимости транспортного средства после проведения отдельных видов работ по его ремонту, сопровождающихся необратимыми изменениями его геометрических параметров, физико-химических свойств конструктивных материалов и характеристик прочих процессов. Указанные изменения приводят к ухудшению внешнего (товарного) вида, функциональных и эксплуатационных характеристик, снижению безотказности и долговечности транспортного средства.

Как видно из приведенного перечня, утрата товарной стоимости есть такое снижение стоимости автомобиля, которое напрямую зависит от случившегося ДТП и последующего ремонта и характеризуется свойствами самого автомобиля, влияющими на его долговечность и безотказность, и никак не связано с неполученными доходами" <18>.

--------------------------------

<18> Сериков В. Утрата товарной стоимости по договору ОСАГО // Хозяйство и право. 2004. N 9. С. 47.


А. Шевель подчеркивает, что, несмотря на восстановительно-ремонтные работы, которые произведены или будут произведены в будущем в отношении поврежденного имущества, его рыночная стоимость после этого будет ниже, чем была до повреждения <19>.

--------------------------------

<19> См.: Шевель А. Понес убытки - докажи: предмет доказывания и допустимость доказательств по делам о ДТП // Бизнес-адвокат. 2004. N 13. С. 7.


Ю.В. Андрианов пишет, что "необходимость учета величины утраты товарной стоимости автотранспортного средства при оценке ущерба от его повреждения обусловлена тем, что проведение отдельных видов ремонтных воздействий по его восстановлению после повреждения сопровождается необратимым ухудшением внешнего (товарного) вида, функциональных и эксплуатационных характеристик, снижением его безотказности и долговечности" <20>.

--------------------------------

<20> Андрианов Ю.В. Оценка автотранспортных средств. М., 2006. С. 153.


Несложно заметить, что большая часть приведенных суждений носит достаточно поверхностный характер и чаще всего основывается на представлении авторов о существе УТС, на некритическом использовании положений методических рекомендаций по оценке размера ущерба при повреждении транспортного средства, а не на основании исследования правовой и экономической природы этой категории, определения свойственных ей признаков. Отдельные попытки проникновения в суть данной категории имеют в основном фрагментарный характер.


Как известно, Кассационная коллегия Верховного Суда РФ своим Постановлением от 9 октября 2007 г. оставила в силе решение первой инстанции, которая признала недействительным абз. 1 пп. "б" п. 63 Правил ОСАГО, что снимает последние формальные препятствия ко взысканию со страховщиков сумм в возмещение УТС. Тем не менее многие страховщики заняли принципиальную позицию - УТС без судебных решений не возмещать. Настоящее исследование призвано раскрыть правовую природу этой категории.


Анализ общей теории гражданско-правовой ответственности


Следует подчеркнуть, что цивилистическая доктрина не выделяла и не выделяет утрату товарной стоимости в качестве самостоятельного подвида убытков. Мы связываем это не столько с тем, что УТС включалась в один из традиционно выделяемых видов убытков, но и с тем, что до последнего времени сколько-нибудь серьезных причин для исследования теорией гражданского права природы и признаков этой категории просто не было. Суды, безусловно, производили взыскание УТС с причинителей вреда, и поэтому всех устраивало существующее положение вещей, когда о том, что такое утрата товарной стоимости, высказывалась не наука гражданского права, а эксперты в области автотранспорта и оценщики.

Учитывая, что в последнее время суды стали квалифицировать УТС как реальный ущерб, то есть разновидность убытков, а последние представляют собой вид гражданско-правовой ответственности, для выяснения правовой природы УТС следует исследовать природу ответственности за гражданские правонарушения, а также рассмотреть общее понятие убытков, их виды, признаки каждого из этих видов и произвести сравнительное исследование признаков УТС и этих признаков.

Хорошо известна позиция отдельных специалистов, которые вообще не признают за УТС права на существование <1>. Однако в обоснование такого подхода серьезных аргументов не приводится. На наш взгляд, простое отрицание УТС перспективы не имеет, поскольку суды осуществляют ее взыскание уже в течение десятков лет, а сегодня эта практика нашла закрепление, как уже указывалось, в позиции высших судебных инстанций страны. Надеемся, что настоящее исследование сможет дать ответы на целый ряд вопросов, возникающих в данной сфере, и вооружить убедительными аргументами тех, кто последовательно выступает против взыскания утраты товарной стоимости со страховщиков.

--------------------------------

<1> Так, А. Батуркин, заместитель исполнительного директора Российского союза страховщиков, говоря об утрате товарной стоимости, заявляет: "Такой категории просто не существует". (Не надо платить все (Минфин уверен: страховщики не должны компенсировать утрату товарной стоимости) // Ведомости. 2007. N 176. С. Б6.)


Общее понятие гражданско-правовой ответственности <2>


--------------------------------

<2> Необходимо подчеркнуть, что исследование вопроса о правовой природе, признаках гражданско-правовой ответственности и ее отличиях от схожих институтов гражданского права имеет чрезвычайно важное практическое значение в сфере страхования ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств, поскольку позволяет четко определить объект страхования по таким договорам.


Для нормального функционирования гражданского оборота необходимо, чтобы его субъекты добросовестно исполняли свои обязанности, возложенные на них законом, и обязательства, принятые на основании заключенных сделок, а также не нарушали субъективных прав других лиц.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства или причинение вреда признается гражданско-правовым нарушением или гражданским правонарушением. Как и любое иное правонарушение, оно не может оставаться без последствий для самого правонарушителя, что могло бы привести к полной безответственности и в корне подорвать нормальное течение хозяйственной деятельности. Поэтому государство либо само устанавливает определенные санкции, либо поддерживает своей силой санкции, которые предусмотрены соответствующим договором.

Раскрывая природу гражданско-правовой ответственности, О.С. Иоффе в свое время указывал, что ответственность имеет смысл только в том случае, если она выражается в каком-то дополнительном бремени, вызывая тем самым для правонарушителя определенные негативные последствия <3>. Он отмечал, что "гражданско-правовая ответственность есть санкция за правонарушение, вызывающая для правонарушителя отрицательные последствия в виде лишения субъективных гражданских прав либо возложения новых или дополнительных гражданско-правовых обязанностей" <4>.

--------------------------------

<3> См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 97.

<4> Иоффе О.С. Общее учение об обязательствах. В кн.: Избранные труды: В 4-х т. Т. III. Обязательственное право. СПб., 2004. С. 141.


Н.Д. Егоров также указывает на такое отличие гражданско-правовой ответственности, как дополнительное обременение для правонарушителя <5>.

--------------------------------

<5> См.: Гражданское право: Учебник / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. М., 1996. Часть 1. С. 479.


О.А. Пешкова подчеркивает, что "несмотря на различие в толковании гражданско-правовой ответственности, большинство авторов солидарны в одном: гражданско-правовая ответственность должна выражаться в отрицательных последствиях, дополнительном бремени для нарушителя..." <6>.

--------------------------------

<6> Пешкова О.А. Компенсация морального вреда. Защита и ответственность при причинении вреда нематериальным благам и неимущественным правам. М., 2006. С. 20.


Итак, под гражданско-правовой ответственностью, прежде всего, понимается санкция, применяемая к правонарушителю в виде возложения на него дополнительной гражданско-правовой обязанности или лишения принадлежащего ему гражданского права. Другими словами, суть ответственности заключается в том, что на должника возлагается дополнительное обременение (чаще всего имущественного характера), которое представляет собой наказание за совершенное правонарушение. Ответственность всегда сопряжена с определенными отрицательными последствиями для неисправного должника.

В рамках исследования правовой природы гражданско-правовой ответственности необходимо отграничить ее от иных последствий гражданских правонарушений, например принуждения к исполнению обязательства в натуре, права на расторжение договора и т.д. Это тем более важно сделать, что подчас законодатель и такие последствия именует ответственностью.

Последствия неисполнения обязательства представляют собой понуждение к исполнению обязательства в натуре и меры оперативного воздействия, к которым В.В. Витрянский относит "право потерпевшей стороны на односторонние действия, которые порождают юридические последствия: отказ от товаров; отказ от исполнения договора..." <7>.

--------------------------------

<7> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга 1: Общие положения. М., 1999. С. 614.


Как мы считаем, не все санкции можно отнести к категории ответственности. Например, ст. 398 ГК РФ устанавливает последствия неисполнения обязательства по передаче индивидуально-определенной вещи - закон в этом случае допускает принудительное изъятие соответствующего имущества у должника и передачу его кредитору. Хотя это и происходит принудительно и вследствие допущенного гражданско-правового нарушения, но тем не менее неисправный должник никаких дополнительных потерь при этом не несет.

В вопросе о соотношении мер гражданско-правовой ответственности и мер оперативного воздействия тоже единства взглядов нет. Отдельные ученые полагают, что это схожие категории. Например, В.М. Огрызков, рассматривая меры оперативного воздействия как оперативные санкции, отмечает, что они отличаются от имущественных санкций только тем, что их применение возможно заинтересованным участником в одностороннем порядке <8>. Другие, напротив, проводят их принципиальное разграничение. Так, Б.И. Пугинский подчеркивает, что меры оперативного воздействия значительно отличаются от гражданско-правовой ответственности, поскольку имеют иную правовую природу. Он, в частности, пишет: "Применение оперативных мер, как правило, не создает для сторон нового, дополнительного к нарушенному, правоотношения. Принятие таких мер предполагает наличие договора... между сторонами, тогда как имущественная ответственность может наступать независимо от существования указанных отношений" <9>. Наконец, про его мнению, меры оперативного воздействия не требуют использования государственного принуждения.

--------------------------------

<8> См.: Огрызков В.М. Пределы применения мер оперативного характера при поставках продукции // Советская юстиция. 1968. N 7. С. 4.

<9> Пугинский Б.И. Гражданско-правовые средства в хозяйственных отношениях. М., 1984. С. 143 - 144.


"Имущественная ответственность, - подчеркивают Ю.Г. Басин и А.Г. Диденко, - сводится ко взысканию с правонарушителя в пользу потерпевшего определенной денежной суммы, которая не взыскивалась бы при надлежащем исполнении обязанностей. Имущественные последствия при применении мер оперативного воздействия наступают лишь как попутный результат" <10>. С этим соглашается и Ш. Менглиев, отмечая, что отрицательные имущественные последствия для мер ответственности являются закономерными, типичными и объективно обусловленными, тогда как для мер защиты они единичны, случайны и нетипичны <11>.

--------------------------------

<10> Басин Ю.Г., Диденко А.Г. Дисциплинирующее значение оперативных санкций // Советское государство и право. 1983. N 4. С. 52.

<11> См.: Менглиев Ш. Теоретические проблемы гражданско-правовых способов восстановления (нормализации) имущественных прав граждан: Автореф. дис. ...д. ю. н. Ташкент, 1991. С. 18.


С приведенным мнением, как мы считаем, необходимо согласиться, так как целью мер оперативного воздействия является понуждение неисправного должника к исполнению просроченного или ненадлежаще исполненного обязательства, при этом они применяются по волеизъявлению кредитора как первый шаг в этом направлении, тогда как меры гражданско-правовой ответственности обычно следуют за ними, как бы завершая соответствующие правоотношения.

Важное теоретическое и практическое значение имеет исследование вопроса о соотношении основного долга и гражданско-правовой ответственности <12>.

--------------------------------

<12> Подчеркнем, что в настоящее время эта проблема имеет серьезное практическое значение в сфере страхования ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договоров, поскольку от того или иного ответа на этот вопрос зависит и ответ на вопрос, во-первых, о том, какие именно лицензии должен иметь страховщик, осуществляющий страхование, например, ответственности туроператоров или ответственности заемщика за невозврат кредита, обеспеченного ипотекой, а во-вторых, требуется ли специальное разрешение законодателя на страхование риска неисполнения основного обязательства, если это разновидность договорной ответственности, или нет, если это страхование финансового или предпринимательского риска.


О соотношении исполнения обязательства в натуре и мер гражданско-правовой ответственности в науке гражданского права были выдвинуты различные концепции. Ныне действующее гражданское законодательство четко различает обязанность по исполнению основного долга и гражданско-правовую ответственность. В п. 1 ст. 396 ГК РФ закреплено правило о том, что уплата неустойки и возмещение убытков, то есть применение мер гражданско-правовой ответственности, в случае ненадлежащего исполнения обязательства не освобождают должника от исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено законом или договором.

В советский период в гражданском праве была разработана теория, согласно которой любые меры принудительного исполнения обязательства рассматривались как гражданско-правовая ответственность. Так, по мнению С.Н. Братуся, "то, что для потерпевшего, осуществляющего свое право при помощи государственного принуждения, является мерой его защиты, то для обязанного лица, нарушившего чужое право и принуждаемого к его восстановлению, - юридической ответственностью" <13>. Иначе говоря, сторонники этой концепции считали, что существует только добровольное исполнение долга, а все, что происходит затем, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, - это уже меры гражданско-правовой ответственности.

--------------------------------

<13> Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. М., 1976. С. 127. См. также: Лейст О.Э. Санкции в советском праве. М., 1962; Самощенко И.С., Фархушин М.А. Ответственность по советскому законодательству. М., 1971.


Кроме того, С.Н. Братусь подвергал сомнению такой признак гражданско-правовой ответственности, как дополнительное обременение имущественной сферы должника. Он указывал, что возмещенные убытки могут как перекрыть ту выгоду, которую получил нарушитель обязательства, так и не перекрыть. С.Н. Братусь считал, что то обстоятельство, отразится компенсация убытков отрицательно на имущественном положении должника или нет, - это вопрос факта, а не права <14>.

--------------------------------

<14> См.: Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность (Очерк теории). М., 1974. С. 91.


С такой теорией, безусловно, сложно согласиться, так как подобный подход ведет к размыванию самого понятия ответственности, к смешению обязанности по исполнению основного долга с санкциями за ее нарушение. К тому же замечание относительно наличия возможной выгоды для должника даже в случае взыскания с него убытков в принципе может относиться только к сфере договорных отношений, а в области деликтных обязательств оно не имеет никаких оснований. Следует также добавить, что в соответствии с ч. 2 п. 2 ст. 15 ГК РФ в тех случаях, когда лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы. Другими словами, в настоящее время обстоятельство, на которое указывал С.Н. Братусь, становится вопросом не только факта, но и права.

В этой связи уместно вспомнить слова О.А. Красавчикова: "Юридическая мысль уже давно и настойчиво ищет признаки отграничения мер ответственности от всех других лишь в чем-то "созвучных" с ними мер гражданско-правового воздействия. Сводить же все меры гражданско-правового воздействия на правонарушителя лишь к мерам ответственности - это, в лучшем случае, сужать арсенал гражданско-правовых средств воздействия на общественные отношения... Наряду с мерами ответственности законодатель устанавливает целый комплекс и иных мер..." <15>.

--------------------------------

<15> Красавчиков О.А. Ответственность, меры защиты и санкции в советском гражданском праве. В кн.: Категории науки гражданского права. Избранные труды: В 2-х т. М., 2005. Т. 2. С. 259.


По нашему мнению, существенно ближе к истине иные теории, которые трактуют ответственность как дополнительное обременение для неисправного должника, возникающее помимо обязанности по исполнению обязательства в натуре. Например, О.С. Иоффе указывал, что понуждение к реальному исполнению обязательства нельзя отождествлять с мерами ответственности. Обязанность исполнения обязательства неразрывно связана с ним, потому что не имеет смысла принятие обязательства без обязанности его исполнить. Если бы неисполнение обязательства ограничивалось лишь принуждением к исполнению в натуре, то это на самом деле означало бы полную безответственность нарушителя, который до и после правонарушения нес бы одну и ту же обязанность по исполнению принятого на себя обязательства <16>.

--------------------------------

<16> См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 97.


О необходимости четкого разграничения тех обязанностей, которые следуют из договора как реализация стороной своей части договорных условий, и тех, которые возникают в качестве меры ответственности за нарушение договора, пишет и А.Г. Карапетов <17>. Д.А. Гришин констатирует: "Исполнение обязательства в натуре (по истечении срока исполнения) не является мерой гражданско-правовой ответственности, фактически представляя собой лишь запоздалое исполнение, не влекущее для должника каких-либо дополнительных обязательств, замену существующего обязательства новым или иное имущественное обременение" <18>.

--------------------------------

<17> См.: Карапетов А.Г. Неустойка как средство защиты прав кредитора. М., 2005. С. 134.

<18> Гришин Д.А. Неустойка: теория, практика, законодательство. М., 2005. С. 114.


В.С. Евтеев, исследуя правовую природу исполнения обязательства в натуре, определяет его как заглаживание вреда и как способ защиты прав, применяемый наряду с мерами гражданско-правовой ответственности. При этом он полагает, что "здесь речь идет не об исполнении обязательства в рамках договора, а о понуждении к исполнению обязательства потерпевшей стороной неисправного должника в связи с нарушением договора" <19>.

--------------------------------

<19> Евтеев В.С. Возмещение убытков как вид ответственности в коммерческой деятельности. М., 2005. С. 65.


Разграничение исполнения обязательства в натуре и мер гражданско-правовой ответственности характерно в целом и для судебной практики. Примером может служить Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 4 марта 1997 г. N 4520/96 <20>. В этом акте делается вывод, согласно которому неисполнение обязательства по договору не может рассматриваться как реальный ущерб. Суть спора такова. У истца существовало денежное обязательство. В свою очередь, между сторонами спора позднее был заключен договор, реализация которого позволила бы истцу исполнить свое денежное обязательство. Однако договор был нарушен ответчиком. Вследствие неисполнения им своих договорных обязательств истец был лишен возможности исполнить и свое денежное обязательство. Суд указал, что сумма основного долга при таких обстоятельствах не может включаться в состав убытков, потому что долг возник независимо от нарушения договора неисправным должником и денежное обязательство существовало уже на момент гражданского правонарушения.

--------------------------------

<20> Этот и иные примеры решений арбитражных судов см., например, в справочно-правовой системе "КонсультантПлюс".


Вот еще один пример. Президиум ВАС РФ в своем Постановлении от 23 февраля 1999 г. N 5033/98 указал: "Принуждение к исполнению обязательства в натуре является самостоятельным способом защиты гражданских прав, применяемым с целью реального исполнения должником своего обязательства... Статья 396 ГК РФ определяет соотношение ответственности (убытки и неустойка) и исполнения обязательства в натуре, а не относит реальное исполнение обязательства к числу мер гражданско-правовой ответственности".

Следующий пример - гражданское дело N А56-15055/02, Постановление ФАС Северо-Западного округа от 21 августа 2002 г. Обстоятельства дела выглядят так. Медицинское учреждение и страховая медицинская организация (далее - СМО) заключили между собой договор о предоставлении лечебно-профилактической помощи (медицинских услуг). В связи с тем что страховщик не полностью оплатил оказанные медицинским учреждением услуги застрахованным лицам, оно обратилось в суд с иском к СМО о взыскании образовавшейся задолженности, пеней и процентов за пользование чужими средствами.

Решением арбитражного суда первой инстанции иск был частично удовлетворен - основной долг был взыскан в полном размере, а величина пеней и процентов уменьшена на основании ст. 333 ГК РФ.

Страховщик обжаловал судебное решение в кассационном порядке. При этом он ссылался на то, что СМО не получила от страхователя страховые взносы и, следовательно, у нее отсутствует обязанность по оплате услуг, оказанных медицинским учреждением. Кроме того, истец выставил ряд экономически необоснованных счетов.

Кассационная инстанция не нашла оснований для отмены судебного решения. Суд указал, что неуплата страхователем страховых взносов не влечет освобождения страховщика от оплаты оказанной медицинским учреждением лечебной помощи. В соответствии со ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. Экономически необоснованные счета, согласно положениям заключенного между ними договора, служат основанием для задержки оплаты на время, требуемое для проверки и уточнения расчетов, а также штрафа в размере 30% от их размера, но не для отказа в оплате.

Указанный подход традиционен и для третейских судов, в том числе при рассмотрении споров по внешнеторговым сделкам <21>.

--------------------------------

<21> См., например: Практика Международного коммерческого арбитражного суда: Научно-практический комментарий / Сост. и автор комментария М.Г. Розенберг. М., 1998. С. 66.


Следует подчеркнуть, что и в ст. 12 ГК РФ такие способы защиты нарушенного субъективного права, как принуждение к исполнению обязанности в натуре, возмещение убытков, взыскание неустойки и компенсация морального вреда, приведены независимо друг от друга (абз. 7 - 10).

Справедливости ради надо подчеркнуть, что в законодательстве существуют основания, которые вроде бы приводят к смешению институтов основного долга и гражданско-правовой ответственности. Так, в п. 2 ст. 405 ГК РФ указывается, что, если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков. Существуют примеры судебных решений, в которых обязанность неисправного должника по возвращению уплаченного ему аванса квалифицировалась судами как обязанность по возмещению убытков, то есть как гражданско-правовая ответственность.

По нашему мнению, отсутствие в приведенной норме положения о праве кредитора требовать наряду с возмещением убытков и возврата аванса отнюдь не свидетельствует о том, что такого права у него нет, поскольку взыскание аванса в данном случае чаще всего будет представлять собой взыскание неосновательного обогащения, так как правовые основания для удержания должником аванса после прекращения договора отпадают.

Таким образом, принуждение к исполнению обязательства в натуре нельзя смешивать с гражданско-правовой ответственностью.

В.В. Витрянский отмечает следующие особенности гражданско-правовой ответственности:

а) ее имущественный характер;

б) ответственность одного участника гражданско-правовых отношений перед другим, ответственность правонарушителя перед потерпевшим;

в) соответствие ее размера размеру причиненного вреда или убытков;

г) применение равных по объему мер ответственности к различным участникам гражданского оборота за однотипные правонарушения <22>.

--------------------------------

<22> См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 609 - 611.


На наш взгляд, этот тезис нуждается в определенном уточнении. Размер ответственности не всегда соответствует величине вреда или убытков, например, при взыскании неустойки вообще не требуется доказывать наличие и размер убытков (п. 1 ст. 330 ГК РФ). Нет такой прямой связи и между возмещением морального вреда и последствиями причинения вреда. Относить же "равные по объему меры ответственности к различным участникам гражданского оборота за однотипные правонарушения" к особенностям только гражданско-правовой ответственности, на наш взгляд, также достаточных оснований нет, поскольку такое положение фактически нередко имеет место и при применении уголовной и административной ответственности.

В доктрине гражданского права много внимания уделяется вопросу о функциях гражданско-правовой ответственности. Этот вопрос применительно к УТС особенно важен, учитывая неопределенность правовой природы последней.

Сразу следует отметить, что единства воззрений здесь нет. Некоторые специалисты безусловный приоритет отдают восстановительной (компенсационной) функции и отрицают наличие карательной функции у института гражданско-правовой ответственности <23>.

--------------------------------

<23> См., например: Константинов В.С., Максименко С.Т. Правовые вопросы материального стимулирования деятельности предприятий. Саратов, 1981. С. 51; Бестугина М.А. Социальная обусловленность и назначение гражданско-правовой ответственности в современных условиях (теоретический аспект): Автореф. дис. ...к. ю. н. М., 1978. С. 38.


Ряд ученых с определенными оговорками признают карательную функцию гражданско-правовых санкций, правда, как правило, ограничивая круг таких мер только неустойкой (штрафом, пеней) <24>.

--------------------------------

<24> См., в частности: Мамутов В.К., Овсиенко В.В., Юдин В.Я. Предприятие и материальная ответственность. Киев, 1971. С. 43; Варкалло В. Об ответственности по гражданскому праву. М., 1978. С. 38; Слесарев В.Л. Объект и результат гражданского правонарушения. Томск, 1980. С. 99.


В.С. Константинов и С.Т. Максименко выделяют в гражданско-правовой ответственности предупредительную (воспитательную) и компенсационную (восстановительную) функции <25>.

--------------------------------

<25> См.: Константинов В.С., Максименко С.Т. Указ. соч. С. 59.


В.В. Васькин, Н.И. Овчинников и Л.Н. Рогович пишут о воспитательно-предупредительной, компенсационно-восстановительной функциях, а также функциях сигнализации, информации, контроля и учета <26>.

--------------------------------

<26> См.: Васькин В.В., Овчинников Н.И., Рогович Л.Н. Гражданско-правовая ответственность. Владивосток, 1988. С. 86.


Д.А. Липинский выделяет в гражданско-правовой ответственности следующие функции:

а) регулятивную;

б) превентивную;

в) карательную;

г) восстановительную;

д) воспитательную <27>.

--------------------------------

<27> См.: Липинский Д.А. Проблемы юридической ответственности. СПб., 2004. С. 324.


По его мнению, "регулятивная функция гражданско-правовой ответственности участвует в определении гражданско-правового статуса физических и юридических лиц, закрепляет и оформляет динамику имущественных и личных неимущественных отношений, регулирует договорные и внедоговорные обязательства" <28>.

--------------------------------

<28> Там же. С. 326.


Превентивная функция выражается в том, что способствует усвоению субъектом самого правила поведения и формированию к нему определенного отношения, выражающегося в дальнейшем поведении данного лица. При этом правомерное поведение формируется как гипотезой и диспозицией соответствующего правила, так и угрозой применения санкций <29>. Д.А. Липинский подчеркивает: "Гражданско-правовая ответственность обладает всеми чертами и характеристиками, свидетельствующими о наличии карательной функции. В решении о привлечении гражданско-правового нарушителя к ответственности содержится его осуждение, порицание. Осуждение всегда содержит элемент кары. Оно негативным образом воздействует на психику правонарушителя, причиняет ему нравственные страдания и одновременно служит основой для сужения имущественной сферы последнего" <30>.

--------------------------------

<29> Там же. С. 329.

<30> Липинский Д.А. Указ. соч. С. 339.


Восстановительная функция "направлена на устранение вредоносных последствий правонарушения" <31>.

--------------------------------

<31> Там же. С. 336.


Воспитательная функция "призвана способствовать установлению обычаев делового оборота, воспитанию добросовестности, заботливости, осмотрительности" <32>.

--------------------------------

<32> Там же. С. 338.


Как мы считаем, позиция Д.А. Липинского является предпочтительной, поскольку она наиболее полно раскрывает функции гражданско-правовой ответственности.

Есть все основания для вывода о том, что гражданско-правовой ответственности действительно присущи такие функции, как регулятивная, предупредительная, восстановительная, карательная и воспитательная <33>. Поскольку исследование регулятивной, предупредительной и воспитательной функций выходит за рамки настоящей работы, то рассмотрим более обстоятельно восстановительную и карательную функции.

--------------------------------

<33> Следует подчеркнуть, что и большинство исследователей общей теории юридической ответственности выделяют карательную функцию во всех видах санкций. См., в частности: Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М., 1965. С. 145; Варуп П.А. Методологические проблемы исследования гражданско-правовой ответственности // Правоведение. 1968. N 1. С. 50; Петелин А.И. Проблемы правовой ответственности в социалистическом обществе. Омск, 1976. С. 55.


По нашему мнению, они наличествуют в любой мере гражданско-правовых санкций, но их объем и значение в каждой из них различаются весьма существенно. В зависимости от этого находятся и иные признаки того или иного вида ответственности.

По своей правовой природе гражданско-правовая ответственность представляет собой особое правоотношение, включающее следующие элементы:

- субъективное право потерпевшего требовать прекращения противоправных действий должника и корреспондирующая ему обязанность правонарушителя прекратить посягательство;

- субъективное право требования потерпевшего исключить негативные последствия нарушения его прав и охраняемых законом интересов и корреспондирующая ему обязанность нарушителя восстановить положение, существовавшее до правонарушения.

Правоотношения по возмещению и компенсации вреда, на наш взгляд, принадлежат к числу относительных правоотношений. Их не следует смешивать с обязательственными отношениями, потому что никто не совершает правонарушения с той целью, чтобы у него возникла обязанность по возмещению или компенсации. Еще одно важное отличие состоит в том, что обязательственные отношения возникают по воле их участников, а правоотношения возмещения и компенсации - безотносительно к воле своих субъектов и даже вопреки ей. При вступлении в обязательственные отношения должник, по крайней мере добросовестный, всегда соизмеряет принимаемые обязательства со своими возможностями. При совершении гражданского правонарушения нарушитель такого соизмерения практически никогда не осуществляет. В правоотношениях по возмещению и компенсации, как правило, значительно больше неопределенности по сравнению с обязательственными отношениями, так как в момент нарушения очень сложно точно определить масштаб потерь потерпевшего.

Правоотношения по возмещению и компенсации могут приобрести характер сделки, когда их участникам удалось договориться об урегулировании возникшей ситуации, но довольно часто они разрешаются вне рамок сделки через использование принудительной силы государства.

Активными субъектами правоотношений возмещения или компенсации всегда являются те лица, чья охраняемая законом имущественная сфера стала предметом уменьшения. Пассивными субъектами выступают правонарушители.

Гражданско-правовая ответственность делится на два класса:

1) договорная ответственность;

2) внедоговорная (деликтная) ответственность.

Формы и размер внедоговорной ответственности устанавливаются только законом.

Формы и размер договорной ответственности могут устанавливаться как законом, так и договором.

Таким образом, гражданско-правовая ответственность представляет собой обеспеченные принудительной силой государства неблагоприятные последствия, которые наступают вследствие совершения гражданского правонарушения и являются дополнительным обременением для нарушителя в виде сужения его имущественной сферы или лишения субъективных прав либо наложения дополнительных гражданско-правовых обязанностей.

Есть все основания рассматривать возмещение УТС как разновидность гражданско-правовой ответственности, поскольку ему присущи те же самые признаки:

- оно представляет собой дополнительное обременение имущественной сферы должника;

- оно применяется вследствие совершения должником гражданско-правового нарушения - причинения вреда транспортному средству кредитора-потерпевшего;

- оно обеспечивается принудительной силой государства.

Для возмещения утраты товарной стоимости характерны все те функции, которые выделяют в институте гражданско-правовой ответственности, а именно:

- регулятивная, то есть определяющая статус участников соответствующего правоотношения;

- превентивная (предупредительная), поскольку осознание лицом своей обязанности по возмещению, кроме убытков, еще и УТС в определенной степени должно удерживать потенциального правонарушителя от совершения дорожно-транспортного происшествия;

- карательная, так как за счет уплаты компенсации УТС поврежденного в ДТП транспортного средства происходит уменьшение имущественной сферы причинителя вреда, то есть возмещение УТС представляет собой дополнительное обременение для должника;

- восстановительная, ведь при ее посредстве происходит увеличение имущества потерпевшего;

- воспитательная, поскольку взыскание компенсации за УТС, как и взыскание убытков, является для причинителя вреда важным сигналом относительно того, что общество и государство осуждают такое поведение, в результате которого был причинен вред потерпевшему.


(Продолжение см. "Юридическая и правовая работа в страховании", 2008, N 1)


С.В.Дедиков

Главный редактор журнала

"Юридическая и правовая работа

в страховании"

Подписано в печать

21.11.2007




Получить юридическую консультацию
Яндекс.Метрика
PR-CY.ru